К концу 1980-х годов в Советском Союзе сложилась парадоксальная ситуация. Экономическая стагнация привела к дефициту потребительских товаров, однако военно-промышленный комплекс демонстрировал впечатляющие результаты в отдельных узких направлениях. Одним из таких направлений стали беспилотные летательные аппараты (БПЛА). По количеству тяжелых реактивных разведчиков, в первую очередь машин КБ Туполева серий Ту-141 «Стриж» и Ту-143 «Рейс» (более тысячи единиц), СССР занимал лидирующие позиции в мире.
Однако качественный состав парка имел существенные ограничения.
Во-первых, эти аппараты создавались для решения специфических задач фронтовой разведки в условиях масштабной войны. Ту-143 с крейсерской скоростью 950 км/ч и дальностью 180 км был идеален для прорыва ПВО и фотосъемки позиций в Фульдском коридоре, но совершенно не годился для продолжительного наблюдения за иррегулярными формированиями.
Во-вторых, несмотря на количественное превосходство в классе тяжелых БПЛА, советские военные остро ощутили последствия успешных действий израильских беспилотников в долине Бекаа в 1982 году. Стало ясно, что будущее за малоразмерными тактическими аппаратами с длительным временем барражирования и передачей данных в реальном времени.
Единственной попыткой создать подобную систему стал комплекс «Пчела», однако его характеристики (длительность полета около 2 часов) значительно уступали зарубежным аналогам, таким как израильские Scout и Mastiff или американский RQ-2 Pioneer. Работы над новыми БПЛА в СССР не прекращались, но столкнулись с технологическими трудностями и последующим распадом страны.
Несмотря на системный кризис, конструкторские бюро продолжали разработки.
«Крыло-1» (ОКБ «Сокол»).Созданный на базе воздушной мишени «800», этот разведывательный БПЛА, по некоторым данным, ограниченно применялся еще в Афганистане. Он обладал тактической дальностью до 40 км, оснащался телевизионной и инфракрасной камерами, но из-за сложностей в эксплуатации широкого распространения не получил.
Крыло-1
«Крыло-1», видно окошко для аппаратуры разведки
«Дань» и «Дань-Барук».Мишенный комплекс «Дань» (в производстве с 1993 г.) отличался способностью имитировать сложные траектории полета крылатых ракет, включая маловысотный профиль и противозенитные маневры. В 2007 году на его базе был представлен разведывательно-ударный БПЛА с впечатляющими для того времени характеристиками: продолжительность полета до 15 часов, потолок 6000 м и возможность нести самоприцеливающиеся боевые элементы СПБЭ-Д, поражающие бронетехнику ударным ядром.
«Дань»
Дань-Барук
Ту-300 «Коршун» (ОКБ Туполева).Совершивший первый полет в 1991 году, этот реактивный аппарат стал первым советским проектом ударного БПЛА, способным нести авиабомбы и ракеты на внутренней подвеске. Однако, унаследовав малое время полета от предшественников, «Коршун» не вписывался в концепцию современного многоцелевого дрона. Работы над проектом, по имеющимся сведениям, продолжаются в инициативном порядке.
Ту-300
К началу 2000-х годов ресурс комплексов «Пчела» был исчерпан. Армия остро нуждалась в новых беспилотниках, но столкнулась с тремя проблемами: отсутствие у промышленности технологий для создания современных систем, хроническое недофинансирование и размытые тактико-технические требования со стороны военных.
Реакцией рынка стал всплеск инициативных разработок. К 2000 году различными компаниями предлагалось около 50 проектов БПЛА всех классов — от сверхлегких «Элеронов», запускаемых с резинового жгута, до амбициозных, но так и не реализованных проектов, таких как малозаметный ударный БПЛА «Скат» КБ МиГ. Многие из этих аппаратов, например беспилотники компании «ЭНИКС», находили применение в МЧС и коммерческом секторе, но не удовлетворяли требованиям Министерства обороны.
ZALA 421-11 (ZALA AERO)
Т-23 «Элерон» (ЭНИКС)
Иркут-10 («Иркут»)
Дозор-2 («Транзас»)
Скат (РСК МиГ)
Единственными целевыми военными программами стали:
«Пчела-1К» (модернизация «Строя-П»).Оснащение аппарата круглосуточной камерой, позволившее продлить жизнь комплексу в ВДВ.
Строй-ПД с Пчелой-1К
Элерон-3СВ
«Типчак» (БЛА-05).Комплекс для ракетных войск и артиллерии, разрабатывавшийся с 1990 года. При дальности 40–70 км и времени полета 2–4 часа он имел критический недостаток — отсутствие стабилизированной оптико-электронной системы (ОЭС) и лазерного целеуказателя, что делало его архаичным уже на момент принятия на вооружение в 2007 году.
Типчак
Конфликт в Южной Осетии в августе 2008 года вскрыл катастрофическое отставание в области тактической разведки. ВВС России за пять дней боев потеряли, по различным данным, до пяти самолетов, что было признано неприемлемым. Особенно жесткой критике подверглись имеющиеся беспилотные системы. Применение «Пчелы» и «Типчака» показало их практически нулевую эффективность: долгое развертывание, низкое качество передаваемого изображения, невозможность обнаружения замаскированных целей и высокая акустическая заметность делали их легкой мишенью. На этом фоне грузинская сторона успешно применяла израильские БПЛА Hermes 450, летавшие на недоступных для российских средств ПВО малой дальности высотах.
Стало очевидно, что отечественная школа тактического беспилотостроения находится в глубоком кризисе. Для экстренного насыщения войск современными системами Министерство обороны было вынуждено пойти на временную, но вынужденную меру.
В 2009–2010 годах Россия заключила контракт с Израилем на поставку БПЛА на сумму 53 млн долларов. Были закуплены три типа аппаратов:
Bird-Eye 400(получил обозначение «Застава»). Легкий аппарат массой 5 кг с качественной стабилизированной ОЭС.
IAI Bird-Eye 400
I-View.Средний БПЛА (взлетная масса 160 кг) с радиусом действия 100 км и временем полета 7 часов.
IAI I-View MK150
Searcher II(получил обозначение «Форпост»). Самый тяжелый из закупленных аппаратов (436 кг), способный находиться в воздухе до 18 часов и оснащенный стабилизированной ОЭС с лазерным целеуказателем. Впоследствии была приобретена лицензия на его производство на Уральском заводе гражданской авиации.
IAI Searcher II
Параллельно с закупками за рубежом, началась реализация собственных программ. На вооружение был принят комплекс «Наводчик-2» с семейством малых БПЛА «Гранат», разработанных компанией «Ижмаш», и аппарат «Тахион». Однако инцидент с крушением опытного БПЛА «Аист» в 2010 году, широко растиражированный в СМИ, лишь укрепил скептицизм относительно перспектив национальной школы на фоне очевидных успехов американских MQ-1 Predator и MQ-9 Reaper.
Гранаты
Тем не менее, этот период стал не «похоронами» российского военного беспилотостроения, а тяжелым, но необходимым этапом накопления технологий и переосмысления концепций. Закупка израильских систем позволила ознакомиться с современными подходами к управлению, полезной нагрузке и подготовке операторов, заложив основу для разработки принципиально новых отечественных аппаратов в последующее десятилетие.
Добавить комментарий